Комментарии к ТК

Комментарии к ЖК

Бюджетный

Конвенции






Эмоциональные расстройства

Новейшие исследователи раннего слабоумия (Крепелин, Странский и другие)считают расстройство эмоций почти центральным явлением картины болезни. Содной стороны, они говорят об эмоциональном отупении, с другой - онесоответствии между идеационным содержанием и аффектом. Не буду тут рассматривать тупость сознания на конечных этапах болезни,ибо сопоставление с истерией тогда едва ли уместно (это, несомненно, дваразличных заболевания). Здесь мы ограничимся рассмотрением апатичногосостояния в течение острого периода болезни. Эмоциональное состояние,поражающее нас во многих случаях раннего слабоумия, имеет известное сходствос "великолепным равнодушием" многих истеричных людей, которые безмятежноулыбаясь излагают свои жалобы, производя тем самым странное впечатление, илиже могут равнодушно говорить о вещах, которые должны были бы их глубокозатрагивать. В приложениях VI и VIII моих "Диагностических исследованийассоциаций" я старался показать при каждом возможном случае, как больные безвсяких проявлений эмоций говорят о предметах, имеющих для них глубокоеинтимное значение. Это особенно удивляет при анализе, где всегда можнообнаружить причину подобного неадекватного поведения. До тех пор, покакомплекс, находящийся под влиянием особого сдерживания, не будет осознан,больные могут спокойно говорить о нем, они могут даже с кажущейся легкостью"заговаривать" его. Больные как бы "перескакивают через неприятноенастроение", смещают его посредством контрастирующего настроения. Я довольно долго наблюдал пациентку-истеричку, которая каждый раз, какее мучили мрачные мысли, искусственно приводила себя в задорно-веселоенастроение, вытесняя таким образом комплекс. Когда ей приходилосьрассказывать о чем-либо печальном, что должно было бы ее глубокозатрагивать, она делала это с громким смехом. Или же она вполне равнодушноговорила о своих комплексах, как будто они ее совершенно не трогали. (Причемименно это равнодушие выдавало ее своей преднамеренностью). Представляется,что психологическая причина этой несовместимости содержания представлений иаффекта заключается в том, что комплекс автономен и поэтому может бытьвоспроизведен только при условии, что "он" сам этого хочет. "Великолепноеравнодушие" истеричных людей никогда не бывает продолжительным, оно внезапнопрерывается диким взрывом аффекта, плачем, спазмами или чем-либо подобным.Сходное с этим явление мы наблюдаем при "эйфорической апатии" в случаяхраннего слабоумия. Здесь тоже время от времени, как кажется совершеннобеспричинно, на пациента находит злое настроение, или же больной совершаеткакое-либо насильственное действие или поражающий поступок, не имеющийничего общего с прежним равнодушием. При совместных исследованиях спрофессором Блейлером мы часто наблюдали, как маска апатии или эйфориимгновенно спадала, когда путем анализа удавалось отыскать комплекс. Тогдасоответствующий аффект прорывался, часто весьма бурно, совершенно так же,как при истерии, когда удавалось отыскать больное место. Однако бываютслучаи, когда нет никакой возможности пробить защищающее комплексограждение. Больные в подобных случаях упорно отделываются пустыми, часторезкими ответами; они просто отказываются отвечать, и чем более прямоеотношение к комплексу имеет вопрос, тем менее охотно они на него отвечают. Нередко мы видим, что после намеренно или непреднамеренно вызванногокомплексного раздражения у апатичных на вид пациентов появляется несомненноотносящееся к этому раздражению возбуждение. По-видимому, раздражениедействовало лишь после известного инкубационного периода. Я часто виделистеричных больных с намеренным равнодушием и лишь поверхностно упоминавшихв разговоре о затронувших их событиях, так что мне приходилось удивляться ихкажущемуся самообладанию. Но несколькими часами позднее меня вызывали в моеотделение больницы в связи с припадком, случившимся с моей пациенткой.Оказывалось, что содержание разговора, хотя и с опозданием, но вызывалосоответствующий аффект. То же самое мы видим и при возникновении безумныхидей параноиков (Блейлер). Жане наблюдал у своих больных, что они во времясобытия, которое, собственно говоря, должно было бы взволновать их,оставались спокойными. Лишь после латентного периода, продолжавшегося отнескольких часов до нескольких дней, появлялся соответствующий аффект. Ямогу подтвердить это наблюдение Жане. При землетрясении Бельц (Baelz)наблюдал это явление над самим собой и назвал его "эмоциональным параличом". Состояния аффектов, лишенных соответствующего содержания представлений,столь частые в случаях раннего слабоумия, тоже имеют аналогии при истерии.Вспомним, например, состояние страха при навязчивом неврозе! Содержаниепредставлений в подобных случаях обычно в такой степени неадекватно, чтосами больные понимают его логическую нелепость и называют его бессмысленным;тем не менее оно представляется им источником беспокойства. Фрейд доказал,что в действительности это не так, причем его доказательство до сих пор неопровергнуто; с нашей стороны мы можем лишь подтвердить его. Напомню опациентке, о которой я говорил в VI приложении к "Диагностическимисследованиям ассоциаций"; эту пациентку преследовала неотступная идея, чтоона заразила своими навязчивыми идеями врача и пастора. Несмотря на то, чтоона сама себе постоянно доказывала, что идея эта необоснованна ибессмысленна, все же она ее мучила и очень сильно беспокоила. При истериибольные часто объясняют подавленное настроение такими причинами, которыеможно лишь признать "причинами прикрывающими". В действительности женастроение это вызвано нормальными рассуждениями и мыслями, подвергшимисявытеснению. Одна молодая истеричка страдала такой сильной депрессией, чтопри каждом ответе она заливалась слезами. Она упорно объясняла своюдепрессию исключительно болью в руке, иногда ощущаемой ею при работе. Однаков конце концов выяснилось, что она поддерживала интимную связь с человеком,который не хотел на ней жениться, что и являлось причиной ее печали. Поэтомупрежде, чем утверждать, что пациент подавлен по неосновательной причине,следует обратить внимание на те свойственные каждому человеку механизмы,которые стремятся возможно дальше вытеснить все неприятное и возможно глубжеего скрыть. Взрывы возбуждения в случаях раннего слабоумия могут возникать таким жеобразом, как аффективные приступы при истерии. Каждому врачу, который лечитистеричного больного, известны внезапные взрывы чувств и острое усилениесимптомов (acute exacerbation); часто создается впечатление, что перед намипсихологическая загадка, и тогда ограничиваются заметкой: "пациент сновавзволнован". Но тщательный анализ всегда найдет вполне определенную причину:необдуманное замечание окружающих, больно затронувшее письмо, годовщинупамятного события и т. д. Достаточно всего лишь намека, может быть дажесимвола, чтобы вызвать проявление комплекса. [Риклин приводит следующийпоучительный пример. У пациентки (истерички) периодически наблюдалась рвотапосле выпитого молока. Проведенный под гипнозом анализ показал, чтопациентка, жившая у родственника, была им однажды изнасилована в хлеву, кудаона пошла за молоком. В течение недели после гипноза, при полном егозабвении, пациентку постоянно рвало после молока. /58/] Так и в случаяхраннего слабоумия часто удается, благодаря тщательному анализу, найти тупсихологическую нить, которая приводит к причине волнения. Это, конечно, невсегда возможно, так как болезнь для этого слишком мало прозрачна. Но нетоснований предполагать, что этой нити не существует. То, что аффекты в случаях раннего слабоумия, по всей видимости, неугасают, а лишь своеобразно блокируются, мы видим везде, где полностьювозможно катамнестически разобрать болезнь, что, впрочем, случается довольноредко. /59; 60/ Кажущиеся бессмысленными аффекты и настроения субъективнообъясняются галлюцинациями и патологическими идеями, которые, относясь ккомплексу, при полном развитии болезни с трудом поддаются воспроизведениюили же вообще совершенно ему не поддаются. Когда кататоник постоянно занятгаллюцинаторными сценами, врывающимися в сознание со значительно болеемогучей силой чувства, нежели окружающая действительность, то мы без трудапонимаем, что он не в состоянии адекватно реагировать на вопросы врача. Иликогда больной, например, Шребер, смотрит на окружающих как на"свежеиспеченных людей", то опять-таки понятно, что он не реагируетадекватным образом на явления действительности или, правильнее, что онпо-своему разумно на них реагирует. Типичным для раннего слабоумия является недостаток самообладания илиневозможность владеть своими аффектами. Во всех случаях, когда речь идет опатологически усиленной эмотивности, мы встречаем этот недостаток, то есть,прежде всего, при истерии и эпилепсии. Таким образом этот симптом указываетлишь на тяжелое расстройство нашего "я", то есть на существованиемогущественных автономных комплексов, не подчиняющихся более первенствующейвласти комплекса нашего эго. Характерный для раннего слабоумия недостаток эмоционального отклика мынередко находим у истеричных пациентов, когда нам не удается привлечь к себеих интерес и проникнуть в комплекс. Правда, при истерии это явление бываетлишь временным, ибо интенсивность комплекса колеблется. При раннемслабоумии, где комплекс очень устойчив, нам лишь на некоторое время удаетсяустановить связь между больным и врачом, когда появляется возможностьпроникнуть в комплекс. При истерии мы достигаем известных результатов,проникнув в комплекс, при раннем слабоумии мы не достигаем ничего, посколькуличность пациента оказывается столь же холодной и отчужденной от нас, как ираньше. При известных обстоятельствах анализ может вызвать даже ухудшениесимптомов. При истерии же, наоборот, после анализа наступает известноеоблегчение. Тот, кто когда-либо проникал, благодаря анализу, в душуистеричных людей, знает, что этим он достигал известной власти надпациентом. (Впрочем, то же самое происходит и при обычной исповеди.)Напротив, в случаях раннего слабоумия, даже после весьма подробного анализавсе остается без изменений. Больные не вникают в душу врача, они остаютсяпри своих безумных фантазиях, приписывая анализу враждебные намерения -одним словом, не поддаются никакому влиянию.

Бесплатная система онлайн-бронирования (записи) для любого бизнеса

Консультация осуществляется для городских и мобильных номеров. Выберите город из списка
 

Вид консультации:
Ваш регион:
Ваше имя:
Телефон: (можно сотовый)
Ваш вопрос
(можно кратко)




  контакты